ТАЙНЫ ДРЕВНЕГО ДАГЕСТАНА

2 дня назад

created by dji camera

В ходе реализации одного из крупнейших проектов на юге России, где идет строительство федеральной автомобильной дороги в обход города Дербента, были осуществлены обязательные археологические исследования в зоне землеотвода.Эти работы привели к выявлению объекта археологического наследия (ОАН) – ансамбля памятников «Зидьян-Казмаляр». Первым, кто обнаружил этот объект
в 2022 году, был археолог В. Ю. Малашев

С апреля 2025 года археологическая экспедиция Института истории, археологии и этнографии Дагестанского федерального исследовательского центра совместно с сотрудниками ООО «Кубаньархеология» проводит масштабные охранно-спасательные раскопки на территории поселения, относящегося к эпохе ранней бронзы, «Зидьян-Казмаляр». Этот археологический объект расположен на Терекемейском отрезке Приморской низменности Дагестана, где балка Дере-чай прорезает древние морские террасы, выходя на плоскую поверхность хвалынской террасы позднего плейстоцена. Следы древнекаспийских террас здесь отчетливо видны невооруженным глазом в современном рельефе: это следы времени хазарской и бакинской трансгрессий Каспийского моря. Само поселение расположено на юго-восточном склоне древней морской террасы, обращенного в сторону балки Дере-чай. Сегодня по современному дну балки проходит асфальтированная дорога, соединяющая город Дагестанские Огни с селением Зидьян-Казмаляр. Эта современная артерия буквально рассекает древний памятник на две части: западную и восточную.
На территории поселения выявлены архитектурные и хозяйственно-бытовые остатки, свидетельствующие о высоком уровне организации быта и разделении функциональных зон. Здесь есть круглоплановые жилища – с основанием из 2-3 рядов сырцового кирпича, типа полуземлянокс глинобитными полами. Интерьер состоял из центрального очага, развалов керамических сосудов и одной или двухям хозяйственного назначения (некоторые из этих ям служили для хранения продуктов, выполняя функцию древних «холодильников»), а также множества небольших ям от подпорных столбов по краю, державших каркас постройки. Это все говорит о сложной и продуманной внутренней организации пространства.
Наземные круглоплановые каменные сооружения, которые, вероятно, использовались как жилые или специализированные производственные помещения; производственные зоны, насыщенные инструментами, отходами ремесел и тяжелыми каменными зернотерками и терочниками, – все эти структуры в совокупности свидетельствуют о высоком уровне хозяйственно-бытовой организации и четком разделении функциональных зон внутри древнего поселения.
Одним из самых значимых и неожиданных открытий экспедиции стала фиксация погребений непосредственно внутри жилой зоны поселения. Это явление крайне редко для эпохи ранней бронзы, когда некрополи и могильники, как правило, строго располагались за пределами жилых кварталов. В одной яме было обнаружено захоронение, содержащее 23 человеческих останков. Один из них – по степени прорезывания зубов – идентифицирован как ребенок примерно 13 лет. Палеопатологический анализ зафиксировал пористость и истончение костной ткани верхней челюсти, что может указывать на серьезный дефицит питания или перенесенную болезнь. Здесь также зафиксированы коллективные погребения в ямах.Кроме того, зафиксированы детские погребения в жилищах: в яме, накрытой миской,прямо на уровне пола жилища, а также в отдельных сосудах-горшках. Находки погребений на территории поселений позволяют глубже и всесторонне раскрыть некоторые стороны древних идеологических представлений и верований населения южной части Приморского Дагестана в эпоху ранней бронзы.
Эти находки позволяют ученым выдвигать несколько смелых гипотез: возможность возникновения локальных эпидемиологических кризисов, приведших к массовой гибели; существование нетипичных, ранее не известных погребальных практик у данного населения.
Таким образом, мы впервые сталкиваемся на территории Дагестана с открытием коллективных погребений в ямах на территории поселения начального этапа раннего бронзового века. Само по себе выявление погребений в пределах поселения эпохи ранней бронзы является редким и неординарным случаем для данного периода.
Впервые в данном регионе обнаружены предметы культа в неразрывном и четком археологическом контексте. Глиняные антропоморфные статуэтки – женские фигурки, детально проработанные, с элементами украшений (ожерелья) и четкими очертаниями фигуры, что указывает на культ плодородия, – служили оберегами или воплощали прообраз прародительницы. Керамические модели колес – важнейшее свидетельство знакомства древних обитателей поселения с колесным транспортом,а также его развития. Отдельного упоминания заслуживают так называемые «очажные подставки». Это название несколько условно и собирательно, и исследователи не склонны однозначно трактовать огромное разнообразие этих оригинальных предметов, встречающихся на памятниках широкого территориального и хронологического диапазона. Допуская различное функциональное назначение подставок, все же следует подчеркнуть, что значительная часть их прямо или косвенно связана с огнем, культом очага и, очевидно, является необходимым атрибутом каких-то культовых или магических действий. Среди них выделяются«рогатые» подставки, с характерными загнутыми внутрь выступами, и катушковидные подставки – с центральным сквозным отверстием.
Наиболее массовым и выразительным материалом, как это обычно бывает на бытовых памятниках, является керамика. На поселении Зидьян-Казмаляр на данный момент уже обнаружено большое количество фрагментов керамики – как в виде разнообразной глиняной посуды, так и иных изделий. Керамика поселения четко подразделяется на грубую лепную и сделанную на гончарном круге, так называемую высококачественную. Лепная керамика, в свою очередь, разделяется по назначению на кухонную, столовую и тарную. К кухонной керамике относятся многочисленные обломки сковород и жаровень. Сковороды представляют собой мископодобные сосуды большого диаметра с прямыми или слегка округлыми, немного наклоненными наружу стенками (высотой в диапазоне от 4 до 9 см). Как правило, сковороды имеют коричневую заглаженную поверхность со следами копоти и нагара. Подобные керамические изделия кухонного назначения являются довольно типичными формами не только для раннебронзовых памятников Северо-Восточного Кавказа, но и сопредельных областей.
Как известно, самой распространенной категорией столовой керамики на куро-аракских памятниках Приморского Дагестана являются различные по своей форме миски с двусторонней лощеной поверхностью. Не исключением является и исследуемое поселение Зидьян-Казмаляр, на котором было выявлено большое количество мисок как в виде мелких, так и крупных фрагментов. В связи с чем было определено, что ведущее положение среди часто встречаемых типов мисок на этом памятнике занимают коричнево-лощеные разложистые миски с прямыми или чуть овальными в верхней части стенками, с загнутым внутрь (иногда утолщенным) закругленным или утончающимся к краю венчиком. Другой стандартной формой, условно относимой к столовой посуде, являются сосуды баночного типа с прямыми или слегка расширяющимися кверху стенками, снабженные одной или двумя ручками. На поселении баночные сосуды представлены несколькими типами, что говорит о разнообразии сервировки стола.
Следует указать также и на довольно значительное количество выявленного остеологического материала, среди которых преобладают кости домашних животных, что свидетельствует о развитом скотоводстве, но имеются также и кости диких животных и птиц, что указывает на охотничий промысел. Исходя из всего найденного археологического материала и проведенного тщательного анализа разнообразных вещественных находок можно уверенно утверждать: у нас имеются неоспоримые факты и убедительные доказательства того, что исследуемое экспедицией поселение эпохи бронзы Зидьян-Казмаляр относится к раннему бронзовому веку, к его самому раннему этапу. Предварительно его можно датировать в рамках середины IV тысячелетия до н.э. и до последней трети IV тысячелетия до н.э.
Обнаруженные фрагменты расписной керамики высокого качества, аналогии которой известны в культурах Закавказья и Передней Азии, указывают на широкие межрегиональные связи – от Армянского нагорья до Северо-Западного Ирана. Все это говорит о тесных связях с южными областями Кавказа и Передней Азии, а также свидетельствует в культурном плане, что данное поселение и найденные здесь артефакты относятся к северо-восточно-кавказской культуре куро-аракской археологической культурно-исторической общности. С другой стороны, большой интерес представляют и вновь обнаруженные фрагменты высококачественной керамики, которые по форме и технологии близки к высокоразвитой майкопско-новосвободненской общности, распространенной в раннем бронзовом веке в центральных и западных районах Северного Кавказа. Это открытие не только расширяет наши знания о древнем населении южного Дагестана, но и вносит существенный вклад в понимание культурных связей Северного и Южного Кавказа, а также Ближнего Востока в середине IVтысячелетия до н.э. Весь добытый экспедицией материал на поселении позволяет более убедительно и всесторонне охарактеризовать культуру населения южной части Приморского Дагестана в эпоху ранней бронзы.